РУССКИЕ НА ВОСТОЧНОМ ОКЕАНЕ: кругосветные и полукругосветные плавания россиян
Каталог статей
Меню сайта

Категории раздела

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Друзья сайта

Приветствую Вас, Гость · RSS 26.07.2017, 01:29

Главная » Статьи » 1803-1806 "Надежда" Крузенштерн И.Ф. » Крузенштерн И.Ф. Путешествие вокруг света в 1803, 4, 5 и 1806 годах.

КРУЗЕНШТЕРН И.Ф. ПУТЕШЕСТВИЕ ВОКРУГ СВЕТА В 1803, 4, 5 И 1806 ГОДАХ. ГЛАВА I. ПРИГОТОВЛЕНИЕ К ПУТЕШЕСТВИЮ
ПУТЕШЕСТВИЕ ВОКРУГ СВЕТА в 1803, 4, 5 и 1806 годах. По повелению ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА АЛЕКСАНДРА ПЕРВОГО, на кораблях НАДЕЖДЕ и НЕВЕ, под начальством Флота Капитан Лейтенанта, ныне Капитана второго ранга, Крузенштерна, Государственного Адмиралтейского Департамента и ИМПЕРАТОРСКОЙ Академии Наук Члена.

ГЛАВА I. ПРИГОТОВЛЕНИЕ К ПУТЕШЕСТВИЮ

Определение Начальника Экспедиции. — Покупка кораблей в Англии. — Назначение посольства в Японию. — Прибытие кораблей в Кронштат. — Вооружение оных. — Посещение Его ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА. — Выход кораблей на рейд. — Роспись астрономических и физических инструментов. — Имена Офицеров. — Посещение Министра Коммерции и Товарища Министра Морских Сил пред самым отходом кораблей. — Последовавшие перемены. — Имянный список всех служителей.

1802 год Август.

В 1802 году Августа 7 дня, определен я был Начальником над двумя кораблями, которые назначено было отправить в Камчатку и к северозападным берегам Америки. предполагаемо было отправить сию Экспедицию в сем же году, чего однакож произвести в действо было не можно. Быв уверен, что кораблей на таковый конец годных не только совсем не было, но и сыскать их в России нельзя, почитал я предприятие сие невозможным. Хотя для отвращения сего препятствия думали послать грузы в Гамбург, и там купить корабли, но как надлежало в таком случае весьма спешить и покупкою и нагрузкою кораблей, и при всем том нельзя было отправиться прежде Октября или Ноября, то счел я за необходимо нужное представить о всех вредных следствиях, какие могут произойти от поздного отправления и поспешной покупки кораблей, от благонадежности которых должен зависеть успех Экспедиции тем более, что я имел намерение идти около мыса Горна, к которому по выходе из Гамбурга в Октябре или Ноябре месяцах следовало придти в самое худое время года. Представление сие было уважено, и отправление отложено до другого лета.

Выбор Начальника другого корабля предоставлен был моей воле. Я избрал Капитан-Лейтенанта Лисянского, отличного морского Офицера, служившего со мною вместе во время последней войны в Аглинском флоте, и уже бывшего в Америке и Ост-Индии; почему я и имел случай узнать его. Путешествие наше долженствовало быть продолжительно, и для благополучного окончания оного требовалось общей ревности, всегдашнего единодушие, честных и беспристрастных поступков. Противное сему могло бы подвергнуть нас многим весьма неприятным, а может быть и бедственным приключениям, тем более, что вся Экспедиция хотя и состояла из людей военных, однако была не совсем военною, но частию и коммерческою. Таковые причины налагали на меня обязанность избрать Начальником другого корабля человека беспристрастного, послушного, усердного к общей пользе. Таковым признал я Капитан-Лейтенанта Лисянакого, имевшего как о морях, по коим нам плыть надлежало, так и о морской Астрономии в нынешнем усовершенствованном её состоянии достаточные познания.

Сентябрь.

Щастливый успех путешествия зависел от верной на хорошие корабли надежды; почему необходимость требовала поступить при покупке оных с величайшею осторожностию. Для сего Капитан-Лейтенант Лисянский, вместе с Корабельным мастером Разумовым, молодым, знающим человеком, отправлены были в Сентябре месяце в Гамбург, в надежде найти там удобные для сего путешествия корабли, каковых однакож они, по прибытии в сей город отыскать не могли. Итак, не теряя времени, поспешили в Лондон, как такое место, в котором уже с достоверностию найти их уповали; но и там находили покупку сию не весьма легкою. Наконец получено в С. Петербурге известие, что куплены ими в Лондоне два корабля, за которые заплачено 17,000, да за исправление оных еще 5,000 фунтов штерлингов; один в 450 тонов, трехълетний; другой в 370 тонов, пятнадцатимесячный. Первому дано имя Надежда, второму Нева.

1803 год. Январь.

В Январе 1803 го года, оставил я Ревель, тогдашнее место моего пребывания, и отправился в С. Петербург, дабы самому лично находиться для приготовления нужных вещей к путешествию. По прибытию моему в сей город узнал я о новом расположении. ЕГО ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ представлено было, что при сем путешествии может быть весьма удобным посольство в Японию. В 1792 м году во время царствования Екатерины II таковое же посольство было предприемлемо, но некоторые обстоятельства много намерению сему повредили. Во первых Грамота к Японскому ИМПЕРАТОРУ написана была не от Самой Императрицы, но от Сибирского её Наместника. Во вторых Российское с посольством судно пришло тогда не прямо в Нангасаки, единственное место, определенное для кораблей иностранных, но остановилось в гавани острова Иессо. Сии два обстоятельства крайне огорчили высокомерного Японского МОНАРХА. Сверх того и выбор лица, которому препоручено было исполнение сего важного предприятия, оказался неудачным. Лаксман был человек мало способный к уловкам, могшим приобресть доверенность от Державы завидливой и подозрительной. Но не взирая на то, Японцы приняли его хорошо, и он привез с собою писменное позволение, состоявшее в том, что один Российский корабль может ежегодно приходить для торговли в Нангасаки, но только в одно сие место, и притом в безоружном состоянии; в противном случае корабль и люди будут удержаны как пленные. Десять лет прошло; но Россия не воспользовалась таким дозволением. Ныне, когда особенно стали помышлять о распространении торговли, казалось, наступило удобное время, испытать не можно ли вступишь в торговый союз с Япониею. Для произведения сего в действо назначили Посланником действительного Статского Советника Резанова. Собрание, бывшее по сему предмету,[12] рассуждало что отправляемое на сих судах Посольство задержит возвращение оных целым годом долее, а чрез сие торговые выгоды понести могут немаловажный ущерб. ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР, дабы не причинишь Коммерции сего убытка, принял один корабль на свое полное содержание с предоставлением притом Компании права нагрузить оный своими товарами столько, сколько удобность позволят будет. Сие благоволение Монарха достаточно вознаградило предполагаемые Американскою Компаниею убытки. Выше сказано, что одному только кораблю позволено приходить в Нангасаки. Итак положено кораблям разлучиться у островов Сандвича, откуда Надежда долженствовала идти прямо в Японию; по совершении же дел посольственных на зимование или в Камчатку, или к острову Кадьяку; Нева-же прямо к берегам Америки, а оттуда на зимование к Кадьяку. Следующим потом летом оба корабля, соответственно первому предположению, нагрузясь товарами, должны были отправиться в Кантон, а из оного в Россию. По распоряжении всего таким образом, утвержден был Г-н Резанов в звании чрезвычайного к Японскому двору Посланника, и пожалован Каммергером и орденом Св. Анны 1 й степени. Американская Компания уполномочила его в учреждении лучшего управления селениями на островах и на берегу Америки, и вообще в заведении всего, что к выгодам Компании способствовать может. Для ИМПЕРАТОРА Японии и его Вельмож готовились богатые подарки. Между тем, дабы более надеяться на хороший прием в Нангасаки послали в Иркутск за теми Японцами, которые, по претерпении кораблекрушения в 1793 м году у островов Алеутских, находились там с 1797 го года; к сему приглашены были из них только непринявшие християнской веры и желавшие возвратишься в свое отечество. Также, дабы придать Посольству более блеска, позволено было Посланнику взять с собою несколько молодых благовоспитанных особ, в качестве Кавалеров Посольства. По удовольствовании посольства свитою, состоящею из молодых путешественников, любопытствующих видеть свет, и отправляющихся на казенном содержании, оставалось пожелать и таких долговременно упражнявшихся в науках людей, которые могли бы в путешествии сем собрать более полезных примечаний. Сего ради представил я Его Сиятельству Графу Румянцову, чтоб пригласить к сему путешествию искусного Астронома, который тем более нужен, что южное полушарие редко посещаемо было Астрономами, и что там к усовершенствованию как сей науки так и физики могут открыться важные предметы. Сей Министр, оказывающий всегда усердие к пользе и славе своего отечества, обрадовал меня скорым своим на то согласием, и взялся немедленно доложишь о том ГОСУДАРЮ, которого отеческое попечение не позволяло уже мне в исполнении моего желания сумневаться. Скоро потом Граф Румянцов написал к славному Астроному Зеебергской обсерватории, от коего по кратком времени получил ответ, что ученик, его Астрном Горнер, уроженец Швейцарской, решился предпринять с нами путешествие. Да позволено будет мне изъявить здесь благодарность достойному наставнику сего Астронома, бывшего мне таким сопутником, которого дружеством я моту хвалиться. Прошедшею осенью еще приглашен также был к сему путешествию Естествоиспытатель Доктор Тилезиус из Лейпцига. Сверх того назначили двух живописцев Академии Художеств, из коих один, по недостатку на корабле места, должен был остаться.

Июнь 5.

В 5 й день июня 1803 го года прибыли купленные корабли из Англии в Кронштат: я немедленно поспешил туда из С. Петербурга для осмотрения оных, и нашел оба, как в рассуждении построения, так и внутреннего расположения их, в хорошей исправности. Г-н Посланник Резанов желал находиться на моем корабле, и как он имел при себе немалую свиту, то и надлежало мне избрать для себя корабль Надежду, превосходивший Неву величиною. По точнейшем осмотрении корабля моего, нашел я нужным переменишь на нем две мачты и весь такелаж, что стоило нам многих трудов и времени. Без ревностного содействия и пособия Г-на Капитан-Командора Мясоедова, бывшего тогда Капитаном над Портом, и Помощника его Капитана Быченского, долго не мог бы и окончить сей работы. Обязанность требует изъявить им здесь мою благодарность.

Июль. 6

Июля 6 го дня, отдал я приказ вывести корабли на Кронштатской рейд, в чаянии чрез несколько дней отправиться в путь; но прежде отшествия нашего имели мы щастие увидеть в Кронштате ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА, прибывшего туда с намерением обозреть те корабли, которые в первый раз понесут Российский флаг около света. Такое произшествие, последовавшее чрез целое столетие от начала преобразования России, предоставлено было царствованию Александра Iго. ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО изволил со шлюпки сойти прямо на корабли наши. ОН обозрел все с величайшим вниманием, и был доволен добротою как кораблей, так и разных вещей, привезенных для путешествия из Англии; благоволил разговаривать с корабельными начальниками, и с удовольствием смотрел несколько времени на работу, которая тогда на кораблях производилась. Я особенно почитаю себя щастливым, что имел удобный случай принесть ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ всеподдайнейшую мою благодарность за оказанные мне милости; ибо не задолго пред сим благоволил ОН пожаловать жене моей на 12 ть лет с одной деревни доходы, составляющие ежегодно около 1500 рублей, дабы по собственному ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА изречению обезопасить благосостояние жены моей во время продолжительного и неизвестности подверженного отсутствия её мужа. Сие неожидаемое благодеяние было столь для меня лестно, что я чувствовал цену оного более, нежели когда бы то пожаловано было собственно мне.

Капитан Лейтенант Лисянский, купивший, как выше сказано, корабли в Лондоне, привез с собою оттуда и все необходимо нужные для путешествия Аглинские вещи. Между оными находились: знатный запас лучших противуцынготных средств, как то: похлебочный, солодовый и еловый экстракты, сушеные дрожжи и горчица; сверх того лучшие лекарства, купленные по доставленной ему в Англию росписи, сделанной корабля моего Доктором Еспенбергом. При сем выписал я шесть хронометров, также полное собрание астрономических и нужных физических инструментов. Четыре хронометра были работы Арнольдовой, а два Пеннингтоновой. По получении оных, отвез я их немедленно в С. Петербург, и вручил Академику Шуберту, принявшему с охотою на себя труд оные поверить; за сие обязан я ему тем большею благодарностию, что он должен был пожертвовать для сего немалым временем, уделяя оное от ученых своих упражнений, сделавшихся необходимыми для всех Европейских Математиков. Инструменты были все работы Траутоновой. Оные, достояли для каждого корабля из одного окружного инструмента, 12 ти дюймов в поперечнике, с подвижным нониусом и подножием к оному, изобретения Мендозова; из двух десятидюймовых секстантов с подножиями, из одного пятидюймового секстанта, двух искуственных горизонтов, одного теодолита, двух пель-компасов, одного барометра, одного гигрометра, нескольких термометров, и одного искуственного магнита. Стрелка наклонения и трех-футовый ахроматический телескоп для наблюдения на берегу закрытий звезд и затмений Юпитеровых спутников, хотя также выписываемы были мною, но Траутон оных не доставил. Недостаток сей вознагражден после в бытность нашу в Англии. Инструменты, привезенные Астрономом Горнером из Гамбурга и другие купленные им потом в Англии, были следующие:

1 й. Инструмент прохождений, подвижный с кругом для измерения высот, показывающий до 10 секунд.

2 й. Десятидюймовый секстант Траутонов.

3 й. Секундник.

4 й. Прибор для определения длины секундного отвеса Г-на Цаха с серебряными двойными конусами и микрометрическим циркулем.

5 й. Прибор с непременным отвесом или маятником.

6 й. Квадрант 1 1/2 фута в полупоперечнике с разделением на 90 и на 96°, который можно ставишь горизонтально и вертикально.

7 м. Трех-футовый инструмент прохождений, Г-на Траутона.

8 й. Часы с деревянным отвесом Брукбенкса.

9 й. Термометр Сиксова изобретения, показующий степень преждебывшей теплоты и холода, служащий дополнением машины, употребляемой к измерению холода воды в глубине моря, полученный мною от Г-на Адмирала Чичагова, и сделанный Российским художником Шишориным.

10 й. Дорожный барометр Траутонов.

11 й. Електрометр Соссюров.

12 й. Гигрометр Траутонов.

1З й. Гигрометр Г-на де Люк.

14 й. Два карманные секстанта.

Сверх сего знатное собрание морских карт и отборных книг удовлетворяло с сей стороны совершенно моему желанию; но драгоценная вещь, которую мы имели, и коею одолжены достохвальному рвению к общей пользе Барона Цаха, состояла в прекрасной копии новых Бирговых лунных Таблиц, удостоенных француским Национальным Институтом награждения, которое после первым Консулом удвоено. Нам предоставлено было сделать первое употребление славных таблиц сих, исправленных даже до Апреля сего года. Удивительная верность делает их для мореплавания чрезвычайно полезными. Посредством оных определяется географическая долгота на море с такою точностию, которая превосходит все изобретенные до сего к тому способы. они показывают место луны даже до трех секунд; Менеровых же, исправленных Мазоном, погрешность простирается иногда до 30 секунд.

Не совсем почитаю я излишним сказать здесь нечто вообще о приготовлении кораблей наших к походу. Оно было первое такого рода в России, а потому многое заслуживает быть известным, хотя и не для каждого читателя будет то равно стоющим внимания. Выбор всех для корабля моего Офицеров и Матросов предоставлен был мне совершенно; и так избраны мною: первым, Лейтенант и Кавалер Ратманов. Он служил в сем чине 13 лет, из коих 10 был сам Начальником военного судна, и в последнюю войну против французов, за отличную храбрость и деятельность награжден был орденом Св. Анны 2 й степени. Вторым, Лейтенант Ромберг, служивший в 1801 м году под начальством моим на фрегате Нарве, где и имел я случай узнать его достоинство. Третьим, Лейтенант Головачев; сего назначил я, не знав его вовсе, а единственно потому, что похваляем был всеми. Он был Офицер весьма искусный, и я во все путешествие в выборе его не раскаевался даже до того нещастного с ним приключения, которое последовало на возвратном пути нашем в бытность на острове Святые Елены. Четвертым, Лейтенант Левенштерн, находившийся прежде шесть лет в Англии и Средиземном море под Начальством Адмиралов Ханыкова, Ушакова и Карцова. Он, по окончании войны, желая получить сведение о мореходстве чужих Держав, вышел не задолго пред сим в отставку и отправился во Францию для вступления там в службу, откуда услышав о моем путешествии, поспешил обратно в Россию, и в Берлине нашел уже отправленное от меня к нему приглашение. Мичман Барон Биллингсгаузен, коего избрал я, не знав его прежде лично, также как и Лейтенанта Головачева, но отзыв других о хороших его знаниях и искустве в разных до мореплавания относящихся предметах, был тому причиною. Врачем для корабля моего избрал я Доктора Медицины Г-на Еспенберва, человека в науке своей весьма искусного, опытного и бывшего уже с давнего времени моим приятелем.[13] Известный Г. Коцебу, желая, чтобы оба в первом Шляхетном Кадетском Корпусе воспитавшиеся его сына могли воспользоваться сим путешествием, и чтобы они находились на моем корабле, просил о том Высочайшего соизволения, в котором и не было ему отказано. Сколь ни прискорбно было Г. Коцебу разлучиться с своими сыновьями толь молодых лет; но следствия разлуки с избытком вознаградили сие его пожертвование; ибо путешествие сие было для них весьма полезно; они возвратились благополучно к своим родителям, обогатив ум свой новыми познаниями.

Команда корабля моего состояла из 52 человек, между коими находилось 30 Матросов, молодых и здоровых, явившихся ко мне охотою еще при начале предположенной Экспедиции. Пред самым кораблей отходом нашел однако я нужным двух из них оставить, потому что у одного оказались признаки цынготной болезни, другой же за 4 месяца пред тем женившийся, сокрушаясь о предстоящей с женою разлуке, впал в глубокую задумчивость. Хотя и обеспечил я жену сего последнего, выдав ей наперед полное его годовое жалованье во 120 рублях состоявшее, и хотя он действительно был здоров, однако не взирая на то, не хотел я взять с собою человека, в коем приметно было уныние; ибо думал, что спокойный и веселый дух в таком путешествии столько же нужен, как и здоровье; а потому и не надлежало делать принуждения.

Каждый из Матросов снабжен был достаточно бельем и платьем, выписанными большею частию из Англии; для каждого из них приказал я заготовить тюфяки, подушки, простыни и одеяла, сверх того для большей благонадежности еще запасное белье и платье. Корабельная провизия была вообще самая лучшая. Приготовленные в С Петербурге белые сухари не повредились чрез целые два года. Солонина взята мною С. Петербургская и Гамбургская; первая оказалась отменной доброты, так что чрез все время путешествия не повредилась нимало. Поелику это был первый опыт, что мясо, посоленное Российскою солию, чрез три года во всех климатах осталось неповрежденным, но признательность требует, чтоб имя приготовлявшего оное было известно. Это был Обломков, Санктпетербургский купец третей гильдии.

Масла взял я малое количество, для того что оно между поворотными кругами обыкновенно портится и делается для здоровья вредным и вместо оного запасся довольно сахаром и чаем, как лучшим противуцынготным средством. Всего более к сохранению здоровья людей надеялся я на действие кислой капусты и клюковного сока. И так казалось, что все приведено в надлежащую исправность, но к немалой заботе усмотрел я еще при нагрузке, а особливо в походе, что бочки были ненадежны; от чего и произошло, что многое испортилось прежде времени; особенно сожалел я о потере большой части кислой капусты, которой почти две трети принужден был бросить в море. Большую часть сухарей по недостатку на корабле места должны были переложить в мешки, хотя и опасались, что оные в таком состоянии подпадут скорейшей порче. Главнейшее затруднение в приготовлении моего корабля состояло в наблюдении сугубой выгоды; хотя корабль и принадлежал ИМПЕРАТОРУ, однако ОН позволил Американской Компании, как выше упомянуто, нагрузишь его по возможности своими товарами, о количестве коих, равно и о назначенных в Японию подарках, не мог я прежде получить точного сведения, особливо же о последних оставался до самого конечного времени в неизвестности. Мы находились уже на рейде, но и тогда привозили еще из С. Петербурга многие вещи. Не имея для погрузки оных места, пришел я в немалое затруднение. Обстоятельства принудили меня при сем случае взять такия меры, которые в последствии могли быть неприятны, а именно; я должен был оставить девятимесячную провизию солонины, сухарей и не малое количество такелажное взирая на то, корабль был так наполнен, что не только служители помещались с теснотою, опасною для здоровья, но даже и самый корабль во время крепкого ветра мог от излишнего груза потерпеть бедствие. Если бы груз и провизия, так же и назначенные в Японию подарки, доставлены были в Кронштат благовременнее, тогда бы можно было легко размыслить, сколько чего с удобностию поместится, но сверх поздного отправления, еще и беспрестанные западные ветры причиняли в привозе вещей из С. Петербурга немалую остановку. Находясь на рейде целые три недели, могли бы мы иметь довольно времени перегрузить корабль, но ежедневное ожидание Посланника учинить того не позволяло, притом же предоставлял я себе сделать сие в Копенгагене, где и без того надобно было перегружаться, потому что надлежало взять нам 80 оксофтов француской водки и поместить на корабле нашем. Во время стояния на Кронштатском рейде часто посещали нас многие из С. Петербурга; при чем оказываемо было великое удивление, что мы с таким тяжелым и следственно опасным грузом дерзаем пускаться в толь далекое путешествие. По донесению моему Его Сиятельству Графу Румянцову о весьма ненадежном нашем положении, прибыл он, Августа 2 го числа, вместе с Товарищем Министра морских Сил на мой корабль, чтобы изыскать средства к отвращению помянутого неудобства. Они рассудили, что облегчение корабля должно сделать в Копенгагене снятием с него такого груза, какой покажется излишним. В рассуждении же тесноты на оном положено, чтоб из 25 ти Офицеров пятерых отменить из числа тех, кои в свите Посланника находились волонтерами. Хотя рвение господ сих было так велико, что они охотно соглашались отказаться от всех удобностей и быть на ровне с Матросами, однако я не мог принять сего, как потому, что почитал крайне жестоким исключение благородных воспитанных юношей из своего общества, так и потому, что служители и без того стеснены были чрезмерно, и я охотно желал бы для доставления им лучшего покоя несколько из них оставить, если бы число оных не было мало. После такового распоряжения Министров, мог я почитать себя совершенно готовым к отходу; по чему отдав Капитан Лейтенанту Лисянскому сигналы и предписания, как поступать в походе, и в каких местах в случае разлучений опять соединяться, ожидал только благополучного ветра. Июля 20 го доставлены на корабль мой хронометры, находившиеся четыре недели на Академической обсерватории, где поверены они были Г-м Статским Советником Шубертом по солнцу и многим звездам.

Июля 18 го в полдень на обсерватории больший Арнольдов хронометр под No. 128 м (Box time keeper) показывал менее среднего времени С. Петербурга 2 мя часами 9. 4", суточное оного отставание было 9",376. Арнольдов же карманный под No. 1857 м показывал менее среднего времяни С. Петербурга 1 м часом 55. 42",97 Суточное его отставание было 7",51З. Третий карманный Пеннигтонов хронометр показывал более средего времени С. Петербурга 0 ч. 0. 23",63, суточное же отставание его было 5",215. С. Петербургская обсерватория восточнее Гринвичской 9 часами 1, 12",4.

Ход сих хронометров в продолжении двух месяцев весьма переменился; ибо при приеме оных Г-м Лисянским в Лондоне было:

Отставание No. 128 — 4"" 88*

Ускорение No. 1856 — 2, 60.

Отставание Пеннигтонова — 0, 70.

Я поставляю обязанностию поместить здесь не только имена Офицеров, но и служителей, которые все добровольно первое сие столь далекое путешествие предприняли. Руские мореплаватели никогда так далеко не ходили: самое дальнейшее их плавание по Атлантическому Океану не простиралось никогда до поворотного круга. Ныне же предлежало им от шестидесятого градуса северной, перейти в тот же градус южной широты, обойти дышущий бурями Кап-Горн, претерпеть палящий зной равноденственной линии. Все сие, равно как и долговременное от отечества удаление и многотрудное около света странствование, казалось бы долженствовало произвесть в них более страха, нежели в других народах, которым плавания сии, по причине частого оных повторения, сделались обыкновенными, однако, не взирая на то, любопытство их и желание увидеть отдаленные страны было так велико, что если бы принят всех охотников, явившихся ко мне с прозьбами о назначении их в сие путешествие, то мог бы я укомплектовать многие и большие корабли отборными Матросами Российского флота.

Мне советовали принять несколько и иностранных Матросов; но я, зная преимущественные свойства Российских, коих даже и Англинским предпочитаю, совету сему последовать не согласился. На обоих кораблях, кроме Гг. Горнера, Тилезиуса, Лангсдорфа и Либанда, в путешествии нашем ни одного иностранца не было.

Находившиеся на корабле Надежде:

Капитан-Лейтенант, Начальник Экспедиции.  Иван Крузенштерн.

Старший Лейтенант, произведенный во время путешествия: в Капитан-Лейтенанты, и Кавалер Макар Ратманов.

Лейтенанты:

Феодор Ромберг.

Петр Головачев.

Ермолай Левенштерн.

Мичман, произведенный во время путешествия в Лейтенанты, Барон Фаддей Биллингсгаузен.

Штурман Филипп Каменнщиков.

Подштурман Василий Сполохов.

Доктор Медицины Карл Еспенберг.

Помощник его Иван Сидгам.

Астроном Горнер.

Естествоиспытатели:

Тилезиус.

Лангсдорф. Сей оставил корабль Надежду 25 июня 1805 года в Камчатке, и перешел на судно Американской Кампании Марию, для предпринятия путешествия к Северозападному берегу Америки.

Артиллерии Сержант, пожалованный во время путешествия в Офицеры, Алексей Раевский.

Кадеты Сухопутного Кадетского Корпуса: Отто Коцебу, Мориц Коцебу.

Клерк Григорий Чугаев.

Парусник Павел Семенов.

Плотничный десятник Тарас Гледианов.

Плотник Кирилл Щекин.

Конопатный десятник Евсевий Паутов.

Конопатчик Иван Вершинин.

Купор Петр Яковлев.

Бомбардиры: Никита Жегалин, Артемий Карпов.

Слесарь Михаил Звягин.

Подшкипер Василий Задорин.

Ботсман Карп Петров.

Квартирмейстеры:

Иван Курганов.

Евдоким Михайлов.

Михаил Иванов.

Алексей Федотов.

Матросы:

Егор Черных.

Иван Елизаров.

Федосей Леонтиев.

Иван Яковлев 1 й.

Егор Мартынов

Василий Фокин.

Филипп Биченков.

Феодор Филиппов.

Матвей Пигулин.

Перфилий Иванов.

Куприан Семенов.

Иван Михайлов 1 й.

Филипп Харитонов.

Даниил Филиппов.

Николай Степанов.

Нефед Истреков.

Мартимиян Мартимиянов.

Иван Михайлов 2 й.

Алексей Красильников.

Григорий Конобеев.

Спиридон Ларионов.

Еммануил Голкеев.

росен Баязетов.

Сергей Иванов.

Дмитрий Иванов.

Клим Григорьев.

Иван Логинов.

Ефим Степанов.

Егор Григориев.

Иван Щитов.

Денщики:

Степан Матвеев.

Иван Андреев.

Принадлежавшие к свите Посланника, Господина Камергера Николая Петровича Резанова:

Свиты ЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА Майор Ермолай Фридериций.

Гвардии Порутчик Граф Феодор Толстой.

Надворный Советник Феодор Фос.

Живописец Степан Курляндцев.

Доктор Медицины и Ботаники Бринкин.

Прикащик Американской Кампании Феодор Шемелин.

На корабле Неве:

Капитан-Лейтенант и Кавалер Юрий Лисянский.

Лейтенанты; Павел Арбузов, Петр Повалишин.

Мичманы: Федор Коведяев, Василий Берг.

Штурман Даниил Калинин.

Доктор Медицины Мориц Либанд.

Служителей 45 человек

Принадлежавшие к свите Посланника:

Иеромонах
Гедеон.

Прикащик Американской кампании Коробицын.

1
803 год. Август.
Августа 4 го, по новому стилю, везде мною употребляемому, настал ветр восточный. Немедленно сделал я сигнал сниматься с якоря; но не прошло и двух часов, как ветр опять переменился из восточного в западный свежий, продолжавшийся до 7 го Августа, день в который нам предопределено было оставить Кронштат.

Примечания

12  Собрание сие составляли Министр Коммерции Его Сиятельство Граф Румянцов, Товарищ Министра Морских Сил Чичагов, сделавшийся за несколько месяцов пред тем преемником Адмирала Мордвинова, Г-н Резанов и Директоры Американской Компании.

13  Для другого ж корабля избрал я врачем Г. Лабанда, рекомендованного мне в Санктепетрбурге, так как человека весьма хороших познаний и похвальных нравственных качеств, которые, во время нашего путешествия самым опытом были оправданы.

Источник: Крузенштерн И.Ф. Путешествие вокруг света в 1803, 1804, 1805 и 1800 гг. на кораблях "Надежде" и "Неве", М., 1950


Источник: http://fb2lib.net.ru/book/147867#TOC_idp178376
Категория: Крузенштерн И.Ф. Путешествие вокруг света в 1803, 4, 5 и 1806 годах. | Добавил: alex (21.09.2013)
Просмотров: 152 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz