РУССКИЕ НА ВОСТОЧНОМ ОКЕАНЕ: кругосветные и полукругосветные плавания россиян
Каталог статей
Меню сайта

Категории раздела

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Друзья сайта

Приветствую Вас, Гость · RSS 23.06.2017, 14:55

Главная » Статьи » 1803-1806 "Нева" Лисянский Ю.Ф. » Лисянский Ю. Ф. Путешествие вокруг света на корабле "Нева" в 1803-1806 годах

ЛИСЯНСКИЙ Ю. Ф. ПУТЕШЕСТВИЕ ВОКРУГ СВЕТА НА КОРАБЛЕ "НЕВА" В 1803-1806 ГОДАХ. Ч.2 Глава 2.
ЛИСЯНСКИЙ Ю. Ф. ПУТЕШЕСТВИЕ ВОКРУГ СВЕТА НА КОРАБЛЕ "НЕВА" В 1803-1806 ГОДАХ.
 
ГЛАВА ВТОРАЯ
 
ПЛАВАНИЕ КОРАБЛЯ «НЕВА» ИЗ ЗАЛИВА СИТКИ ДО ОСТРОВА КАДЬЯКА
 
Корабль «Нева» оставляет мыс Эчком.— Описание восточной части острова Кадьяка.— Северная часть того же острова.
 
     Ноября 10 числа 1804 г. Поутру при маловетрии мы вступили под паруса, а к 8 часам вечера оставили мыс Эчком. Во время прохода нашего по заливу три раза было совершенное безветрие, которое принудило буксировать корабль, но, наконец, подул северо-восточный ветер, при котором и вышли в море. С отправления нашего от ситкинских берегов ветры дули непрестанно восточные и юго-восточные и так сильно, что корабль «Нева» до 13-го числа никогда не имел менее 8 миль [15 км] ходу в час.
 
     14 ноября. В 9-м часу остров Еврашичий и мыс Чиниатский были у нас в виду. К полудню ветер сделался порывистым, и шквалы так часто повторялись, что я принуждён был поворачивать корабль каждые два часа к великой своей невыгоде; к вечеру несколько поутихло.
 
     15 ноября. С полуночи ветер повернул к востоку-юго-востоку, потому и я направился к югу. На рассвете мы увидели остров Угак. В это время погода вдруг сделалась ясной и около полудня позволила нам подойти к гавани Св. Павла. Вход в неё был несколько неудачен, так как корабль «Нева», ввиду отсутствия в проходе надлежащих знаков, стал на мель; однако, снят был без всякого вреда и поставлен на том самом месте, на котором стоял по прибытии из Европы.
 
     16 ноября. Расснастившись совершенно и укрепив корабль надлежащим образом для зимовки, мы перешли жить на берег. Читатель легко может себе вообразить радость, которую наши матросы высказали при этом, так как после столь продолжительного плавания, а [165] особенно после ситкинского похода, даже и пустая земля должна была показаться им гораздо приятнее, нежели самый лучший корабль.
 
     26 ноября. С прибытия нашего до 26-го числа погода стояла холодная; термометр иногда опускался до 5,5° С ниже точки замерзания.
 
     27 ноября. В гавань Св. Павла прибыло судно «Ермак», посланное Барановым в Якутат. Оно, вместо того, чтобы возвратиться в Ситку, пришло сюда. Это судно дважды подходило к горе Эчком, но каждый раз встречалось там со штормом и было отнесено в море. У кадьякских берегов оно находилось 12 дней и в продолжение двух последних суток не имело ни капли свежей воды.
 
     Почти весь декабрь стояла тёплая погода при северо-восточном ветре. Термометр большей частью показывал 3° С, а 24-го числа —3° С; с этого времени земля покрылась снегом, который и оставался до самой весны.
 
1805 год
 
     Январь 1805 г. С январём наступила настоящая стужа, которая и продолжалась до 9 марта. В продолжение этого времени, исключая нескольких дней в феврале, погода стояла ясная, и ветры дули свежие с запада или с юго-запада. Самый же большой мороз был 22 января в 9 часов вечера, когда термометр упал почти до —17,5° С. В последних числах февраля и в первых марта морозы также нередко были —16° и —17° С, но после началась оттепель, которая и позволила нам опять приняться за свою работу. Не теряя нимало времени, я велел готовить корабль к походу, а сам занялся астрономическими наблюдениями, и с помощью лучших инструментов Троутона и Рамздена нашёл, что гавань Св. Павла лежит на 152°8'30" з. д.
 
     22 марта. Между тем, как делались приготовления к нашему отправлению, я решился осмотреть и описать восточную часть острова Кадьяка. 22 марта я вышел из гавани Св. Павла с тремя байдарками, имея при себе штурмана и одного матроса. Едва мы подъехали к камню Горбуну, как вдруг налетел шквал, а над берегами начали показываться тучи с юга: поэтому, опасаясь крепкого ветра за Чиниатским мысом, рассудили мы пристать к ближайшему берегу и там переночевать.
 
     23 марта. Утро было тихое и приятное. На самой заре мы отправились в путь. В 8 часов прошли Чиниатский мыс, а в половине двенадцатого находились против острова Угака. Во время проезда между ними и кадьякским берегом дул южный ветер, который произвёл такое волнение, что в короткое время нас перемочило. Однако, мы никакого другого несчастья не имели и благополучно прибыли к Игатскому жилищу в половине седьмого вечера. Берег от Чиниатского до Толстого мыса так утёсист, что, кроме последнего, на северной стороне нигде нельзя пристать. Он состоит из аспида 135, поверхность которого покрыта [166] грубой травой; изредка попадается невысокий топольник; что же касается до ельника, то его, кроме как у самого Чиниатского мыса, да и то в весьма малом количестве, нигде более не видно. Я не имел другого способа определить расстояние между Павловской и Игатской губой, как только по ходу байдарок и часам, по которым вышло около 75 вёрст [80 км].
 
     24 марта. На другой день погода была прекрасная. Поутру вместе со штурманом Калининым я поехал по заливу и был на компанейском судне, называемом «Пётр и Павел», которое, не имея возможности войти в гавань Св. Павла, принуждено было зимовать здесь. После обеда я ходил в Игатское жилище, где, кроме одних ребят, никого не нашёл. Ибо все прочие, пользуясь убылью воды, ушли за ракушками, которые в нынешнее время служат здесь единственной пищей.
 
     25 марта. Игатское селение оказалось расположенным на 57°29'58" с. ш. После обеда пришёл ко мне игатский тайон с женой. Перекрестясь несколько раз, они сели на пол без всяких околичностей и показывали знаками, что хотят нюхать табак. Я не замедлил исполнить их требование и вступил с ними в разговор. Я объяснил им способы, которыми они могут облегчить свою участь и зажить лучшей жизнью. Советовал им строить хорошие дома, на зиму запасаться достаточным количеством съестных припасов и соблюдать во всём чистоту и опрятность. Уверял их, что если они разведут огороды, то избавятся от продолжительных и весьма скучных трудов собирать полевые коренья. Во время этого разговора я узнал, что хотя китовина почитается у них первой и необходимой пищей, однако, китовых промышленников, во время ловли, считают нечистыми, а потому никто с ними не только не ест и не пьёт из одной посуды, но даже к ним не приближается. Мне рассказывали о следующем весьма странном суеверии, которым заражены здешние охотники. По окончании лета они прячут свои инструменты в пещерах, где тщательно хранят до времени; крадут тела тех умерших, которые при жизни особенно славились своим искусством и расторопностью, и также держат их в пещерах. Эти мумии хранятся, как некоторые говорят, для большего счастья в промысле, а по мнению других, для того, будто из этих тел вытапливается жир или сок, которым намазываются стрелы, чтобы раненый ими кит скорее умер.
 
     26 марта. Сегодня игатский тайон опять был у меня с дядей и своим племянником. Они, между прочим, рассказывали мне, что первое русское судно, пришедшее в их страну, зимовало по южную часть Кадьяка около 1768 года. В следующий год пришло другое судно, но островитяне, сделав на него нападение, принудили его удалиться, не имея, с ним никаких торговых сношений.
 
     Вечером приехал ко мне русский промышленник, бывший на острове Уналашке в то самое время, когда близ него появился новый [167] островок. Об этом чрезвычайном явлении природы я слышал уже давно и потому желал иметь о нём подробные сведения. Островок внезапно показался около половины апреля 1797 года. Первое известие об этом чуде было доставлено алеутами 136, которые, возвращаясь с моря, уверяли всех в Капитанской гавани, что неподалёку видели они огонь над поверхностью моря. Огнедышащая гора 137, извергая из себя пламя, выходила из морской глубины мало-помалу, так что в мае 1798,г. приметен был из уналашкинского селения Макушина вновь появившийся остров, хотя он находился не менее, чем в 70 верстах к северо-западу. Этот остров походит теперь, как говорят, на шапку, довольно высок и в окружности своей имеет около 20 вёрст. Замечено, что с 1799 года он ни мало не увеличивается. Расплавленная материя, разорвав поверхность некоторых вершин, разбросала горные породы, которыми они сложены. Уверяют, что новое произведение природы с самого начала его появления видно было с острова Умнака.
 
     28 марта приехал к нам тайон Минак, старик лет 80-ти, самый большой шаман или колдун на острове. Желая, может быть, удивить нас своими баснями, он уверял, что часто видится с нечистым духом, с помощью которого он предсказывает народу будущее. Мы весьма смеялись над его рассказами, и бедный старик так рассердился, что ушел от нас, не простясь ни с кем.
 
     Залив Игатский имеет в длину около 20 вёрст. В нём находятся многие небольшие губы, из которых в наиболее удалённых суда могут безопасно стоять на якоре. В заливе есть две гавани, где мореплаватели могут найти многие удобства. Входя в залив, надобно держать ближе к южному берегу, так как северный весьма каменист. Внутренность залива покрыта горами и кое-где заселена. Там растёт в значительном количестве тополь, ольха и берёза, из них первый по толщине своей годен к постройке домов, но только непрочен. Место это окружено речками, которые летом бывают наполнены рыбой. Что же касается до птиц, то поверхность воды везде ими покрыта; утки каждое утро своим криком не дают покою. При въезде в залив мы убили несколько чёрных куликов, которые были немного поменьше курицы и имели нос и ноги красные.
 
     29 марта. Сегодня погода стояла тихая и ясная. Поутру в 7 часов, сопровождаемый тайоном и двумя байдарками я отправился в Килюдинский залив. Сперва мы пристали к Угашекскому селению, где нашли всех жителей в великой печали, так как тайонский сын умер ночью и только что был погребён перед нашим приездом. Мать покойника с сестрой и ещё другой родственницей я застал плачущими у могилы. Однако они сделались несколько повеселее, как только начал я потчевать их табаком.
 
     Верстах в 14 к югу от Угашекской губы лежит большой утёс, [168] близ которого опасно ехать на байдарках при восточном, юго-восточном и южном ветрах. Подъезжая к Килюдинскому заливу мы увидели множество небольших кольев, натыканных рядом на высоком утёсе, которые означали, что здесь кто-нибудь из промышленников упал в воду. В три часа пополудни мы были у килюдинскопо тайона. Он показал мне два высоких камня, на которых стояли старинные крепости островитян. На одном из них, как говорят, находилось 14 барабор, но теперь и следов их не осталось.
 
     30 марта мы употребили весь день на осмотр берегов. Встречавшиеся нашим взорам новые предметы приносили нам великое удовольствие. Здесь мы настреляли множество диких уток.
 
     Килюдинский залив разве немного короче Игатского и почти совершенно на него походит. Он разделяется на две довольно длинные губы, в которых суда могут стоять спокойно. Нам нельзя было измерить глубину потому, что на байдарках опасно вынимать лот (орудие, посредством которого измеряется глубина). Однако достали дно до 16 сажен [30 м]. Мимоходом пристали мы к одному селению, в котором нашли множество ребят и старух, почти полумёртвых от голода, потому, что все молодые люди мужского пола находились с Барановым. Желая, сколько возможно, облегчить их бедственную участь, я отдал им всю бывшую тогда со мною сушёную рыбу и оставил это печальное место. Бедные жители, исполненные живейшей благодарности, выбежав из своих хижин, кланялись мне в землю и произносили многократно слово «ладно», что означает здесь гораздо больше, нежели спасибо.
 
     Сегодня делал я наблюдения неподалёку от последнего мыса до верхней западной губы у 57°17'43" с. ш. Северо-западная губа гораздо длиннее первой и глубока почти до самой своей вершины. У берегов её местами находится хороший грунт. Жители показывали мне хребты, на которых собирается вещество вроде карандаша 138. Как говорят, оно лежит слоями.
 
     31 марта. Поутру был густой туман и тишина. К 8-му часу хотя и прочистилось, однако ненастье всё ещё продолжалось. После полудня я ездил в Пьяновскую губу. Здесь мне удалось накупить множество редкостей, а особенно кукол, вырезанных из моржовой кости. Судя по ним, можно заключить, что кадьякцы в резьбе ныне уже не столь искусны, как были прежде.
 
     1 апреля погода была дождливая, и временами шёл снег. Невзирая на это ненастье, я с утра отправился в гавань Трёх Святителей, куда прибыл к пятому часу пополудни. Местность до пролива между Кадьяком и островом Салгхидаком довольно гористая. Однако, находятся губы, где гребные суда могут удобно приставать. В одной из них есть небольшое селение. Берега пролива весьма приятны. На них [169] растёт довольно много ольхового, берёзового и тополевого леса, и местами они заселены многими семействами. Мы заезжали в так называемое Беглецовское селение, весьма удобно устроенное. Жители его показались нам здоровее игатских и килюдинских и гораздо зажиточнее. Тотчас по приезде нашем тайонша принесла нам большую чашу ягод, смешанных с китовым жиром, и усердно нас потчевала. Поблагодарив за ласковый приём, я также потчевал её табаком и, одарив почти всех разными безделицами, отправился в дальнейший путь. Туманная погода, наступившая при самом нашем отъезде, не позволила нам рассмотреть берега до гавани Трёх Святителей, у которой они весьма утёсисты и окружены большими камнями.
 
     2 апреля. После полудня небо несколько прочистилось и позволило нам осмотреть и описать гавань. Узнав о приезде тайонов из некоторых селений, я приказал позвать их к себе. Мы долго разговаривали. Я всеми способами старался внушить им охоту к трудолюбию, представляя им неоценимые выгоды домашних ремёсел. Тайоны нимало не опровергали моих советов, но уверяли меня, что множество причин препятствуют, или, лучше сказать, отнимают у них способы к занятию ремеслом.
 
     5 апреля. Сегодня, пользуясь благоприятной погодой, мы отправились к губе Наюмляк. По эту сторону её северного мыса, мы находились под лёгким восточным ветром, но как только начали его обходить, то волнение сделалось таким сильным, что наши байдарки весьма часто обливало водой, и мы с великим трудом приплыли к другому берегу. Лишь только мы пристали к Кияикскому селению, как вышел сам тайон со всеми своими подчинёнными навстречу и они вынесли меня на руках с байдаркой на берег. В тайонской бараборе я пробыл около двух часов, с удовольствием занявшись рассматриванием разных редкостей. С великим трудом мы могли попасть в помещение, которое кадьякцы называют жупаном. Хотя оно внутри и довольно просторно, но двери, или, лучше сказать, лазея так узка, что я принуждён был, просунув сперва голову и руки, влезать в неё ползком. На Кадьяке жупан служит гостиной, баней, спальней, а иногда и могилой. В длину, по крайней мере, тот, в котором мы были, имеет 13 футов и 10 дюймов [4,2 м], а в ширину 14 футов и 7 дюймов [около 4,5 м]. Вокруг этого помещения, исключая отверстие, лежали не слишком толстые брёвна, на расстоянии 3 футов 3 дюймов [около 1 м] от стены. Это пространство устлано лавтаками (невыделанной кожей) и рогожами, а брёвна служат вместо изголовья. Они украшаются иногда коренными бобровыми зубами, которые своим видом походят на человеческие, только гораздо больше. Всякому покажется весьма странно, как можно взрослому человеку улечься в столь коротком пространстве, между стеною жупана и вышеупомянутыми брёвнами, но для здешних островитян [170] длиннее постели не нужны, ибо они спят скорчившись, так что колена достигают почти до самой шеи, и по большей части лежат на спине.
 
     К полудню погода сделалсь ясной, и мы, пользуясь ею, делали наблюдения на 57°00'52" с. ш., а потом сняли несколько лунных расстояний, по которым оказалось, что Кияик имеет 153°15' з. д. Это место, по моему мнению, приятнее других. В нём я приметил достаточное изобилие всех вещей, нужных в общежитии. Кончив наше обозрение, мы отправились обратно в гавань Трёх Святителей, куда прибыли через два часа с половиной.
 
     6 апреля. Весь этот день и ночь на 7-е число мы провели в Мысовской губе, на острове Салтхидаке. Мы остановились у местного тайона. Опять я был принуждён ломать себе спину, лазя в разные жупаны, но зато удовлетворил своё любопытство. Там, между прочим, удалось мне видеть мужчину и женщину, у которых волосы на голове все были острижены, а лица вымараны сажей, что означало, по словам моего переводчика, глубокий траур. До прибытия русских в эту страну, эти знаки печали обыкновенно продолжались целый год, ныне же полагается только один месяц, а иногда и менее.
 
     Проведя более суток с жителями всякого возраста, я имел случай удостовериться в чрезвычайной простоте кадьякцев. Правда, при входе моём в жупаны сперва наблюдалась некоторая учтивость, которая однако, в короткое время проходила, так что если кому из жителей вздумалось лечь или раздеться донага, то он делал это без всякой застенчивости. Между разговорами занимались мы рассматриванием ишхатов, или корзинок, плетёных из корней, в которых жители хранят все своё имущество. Корзины, принадлежащие мужчинам, наполнены были стрелками разных родов и кусками дерева с небольшим изогнутым ножом, зубом и камнем. Эти вещи составляют все кадьякские орудия для разных поделок, кроме не очень широкого куска железа, привязанного к рукоятке. В женских же корзинках содержатся разные лоскутки, жилы, бисер, иголки и другие мелочи. В полдень, по наступлении ясной погоды я делал астрономические наблюдения не только над широтой, которая оказалась 57°00'45", но и над долготой (по 24 расстояниям луны от солнца), на которую можно надеяться. Последняя,— западная,— равна 153°5'22".
 
     Вечером развели мы огонь, к которому собралось довольно много жителей. Они все любовались, видя, как мы пили чай, а чтобы и им не было скучно оставаться простыми зрителями, я приказал раздать каждому по сушёной рыбе и по куску китового жира, хозяина же с хозяйкой потчевал своим напитком, которым они, как кажется, были весьма довольны. Приметив, что около 9 часов многие из наших собеседников начали зевать, я просил их итти на покой когда им угодно, а нас не дожидаться. Поэтому все они и разошлись. Здесь ещё можно заметить, что во время чаепития хозяева ужинали, что происходило с [171] некоторым отличием от нашего обыкновения. Как только рыба была сварена, кухарка подала первое блюдо хозяину, который, наевшись, остатки отдал своей жене. Следующие же блюда раздавались по [172] старшинству, так что мальчики ожидали весьма долгое время, покуда дошла до них очередь.
 
     7 апреля. На другой день, проснувшись вместе с рассветом, я вышел из бараборы и увидел многих мужчин на крышах своих жилищ. Это считается у них за первое удовольствие после сна, хотя они всегда любят сидеть и смотреть на море.
 
     В 6 часов утра мы выехали оа своего ночлега. Я послал Калинина осмотреть находившуюся неподалёку от нас довольно глубокую губу, сам же сперва заехал в Проклятовское селение, а потом прибыл в гавань около 11 часов. Только в одной Мысовской губе на всём Кадьяке мы видели жёлтый песок, в прочих же местах повсюду находили сланец и простой серый камень.
 
     В полдень у самого строения, находящегося в гавани Трёх Святителей, я делал астрономические наблюдения на 57°05'59" с. ш., а около 2 часов пополудни снял двенадцать лунных расстояний, по которым оказалось 153°19'15" з. д. Средняя, между наблюдениями в Мысовской губе и Наюмляке, западная долгота будет 153°14'30".
 
     8 апреля дул тихий ветер, а погода стояла ясная. В половине восьмого мы выехали из гавани. Калинин пристал к первому мысу для измерения углов, а я верстах в пяти далее вышел на низменность для снятия полуденной высоты, по которой северная широта оказалась 57°10'14". Едва успели мы отъехать от места, где сделаны были наблюдения, как ветер усилился, однако же, около 5 часов вечера мы прибыли в Беглецовское селение, не имея на пути никакого неприятного случая. Тут мы расположились ночевать и раскинули свою палатку в бараборе перед огнём. Беглецовское селение, как мною и прежде было сказано, лучше других, и жители его зажиточнее прочих. В этом месте нашёл я женщину, которая была заключена в конуру, похожую на шалаш из прутьев с округлым сводом. Она была посажена в него по случаю смерти сына и должна была сидеть двадцать дней сряду, если бы мы не выпросили ей свободы, утверждая, что погода не позволяла ей без явного вреда для здоровья выполнить этот обычай. Как ни странно покажется такое обыкновение просвещённому человеку, однако же оно на Кадьяке исполняется с величайшей точностью, хотя бы то стоило и самой жизни.
 
     9 апреля. В следующий день, несмотря на снежную погоду и свежий ветер, я решился двинуться вперёд и в 9 часов поутру прибыл в селение Езопкино, где за дурной погодой принуждён был ночевать. Пополудни Калинин ездил в ближнюю губу, а я, между тем, узнав, что в селении Аникинском господствует голод, от которого шесть мальчиков и одна старуха уже померли, отправил туда на своей байдарке сушёной рыбы и китовины. Между прочим меня удивил орёл, который после захода солнца влетел в барабору и сел у огня. Он, говорят, [173] так умён, что где бы ни находился, всегда узнаёт свои байдарки, возвращающиеся с рыбачьего промысла, и тотчас летит домой. Кадьякские жители держат этих птиц единственно для перьев, которые употребляются для стрел всякого рода.
 
     10 апреля поутру мы отправились в Игатский залив. По пути заезжали в Шашхатскую губу, в самой вершине которой я делал астрономические наблюдения на 57°18'43" с. ш. У южного её мыса находится высокий утёс, образовавшийся, как говорят жители, из конической горы, которая во время бывшего в 1788 году землетрясения низвергнута была в море. Меня уверяли, что прежде, на том самом месте, где теперь лежит длинный каменный риф, был песчаный берег.
 
     Теперь не излишне будет упомянуть о местности, начиная от Килюдинской губы до гавани Трёх Святителей. Всё это расстояние занято островом Салтхидаком, так что пролив по обе оконечности его простирается около 15 вёрст в ширину, а к середине суживается, и, наконец, берега его сходятся так, что расстояние между ними не более полуверсты. В этом месте встречаются два течения, так как прилив от южного мыса острова идёт к северу, а от северного к югу. Берега в узком участке пролива невысоки и изредка покрыты лесом. Хотя нам и не удалось сделать никакого промера, однако же, можно полагать, что глубины будут везде достаточны для судов.
 
     В Шашхате мне случилось видеть искусство отворять кровь. Молодая женщина, взяв иголку, насаженную на деревяшку, воткнула её больному в руку, по крайней мере на полдюйма [1,2 мм]. Потом, наставив конец иглы в середину вены, просунула его насквозь, на другую сторону, и самым тупым инструментом, называемым пекулкой (род медной сечки) разрезала вену до иглы. Кровь в первый раз не пошла, почему она заключила, что не попала в настоящее место, и повторила свою операцию с лучшим успехом. Надобно было иметь много терпенья, чтобы вынести такое повторение, но больной даже ив поморщился, хотя кидал кровь ещё в первый раз.
 
     12 апреля. Поутру при тихом ветре и весьма приятной погоде оставили мы Игатский залив, а в полдень пристали к острову Угаку. Проезжая сегодня между ним и Тонким мысом, я не видел ничего похожего даже на тот бурун, который был замечен нами в первый проезд. Этот бурун, как говорят, бывает только при южных ветрах. На Угаке мы пробыли недолго, так как весьма скоро начали скопляться облака, а я спешил возвратиться в своё жилище. Местный тайон советовал нам остаться у него до утра, уверяя, что скоро подует северовосточный ветер. Однако же я, невзирая на это, поехал и, хотя дождь и волны промочили меня порядочно, в половине десятого пополудни прибыл благополучно в гавань Св. Павла. После полудня ветер начал дуть с востока и произвёл такое волнение, что через байдарки [174] непрестанно плескало. Но эти кожаные лодки так же хорошо противятся бурной погоде, как и палубные суда.
 
     Угакское селение состоит из четырёх барабор, что же касается до жупанов, то они просторнее и лучше всех тех, какие я видел прежде. По прибытии моём я нашёл любимца своего Савву тайоном на острове. Он только что схоронил своего отца. Мы ходили на могилу покойника. Она, как и все прочие, состояла из невысокого бугра, на котором положено несколько брёвен, сперва вдоль, а потом поперёк, а на них наложено несколько крупных камней.
 
     По прошествии праздника пасхи, мы принялись за вооружение, которое продолжалось довольно долго, потому что надлежало взять с собой большой компанейский груз не только для Кантона, но и для Ситки. Между тем штурман Калинин, по моему поручению, занимался описанием северной части Кадьяка, которое и совершил с желаемым успехом. Он не только достиг Карлуцкого селения, но даже объехал острова Афогнак и Еврашичий, сделав несколько астрономических наблюдений в нужных местах для связи с прежними нашими описаниями.
 
     Время стояло прекрасное, и около 15 мая горы были покрыты зеленью. Но неожиданно на 19-е число ударил мороз и выпало снегу на полдюйма [1,2 см], который, однако, после 12 часов совершенно исчез. Такая перемена, которая бывает здесь нередко, наделала бы много хлопот в Европе, но у кадьякцев, кроме полевых растений, морозить нечего. Они даже чистосердечно верят, что такое необыкновенное происшествие предвещает им какое-либо счастье. И в самом деле, их ожидание сбылось, так как на другой же день к нам принесло в гавань мёртвого кита, которого, хотя от него происходил отвратительный и вредный запах, они тотчас распластали и разделили между собой.
 
     Едва мы успели уложить груз, находившийся в кадьякских магазинах, как на байдарках был привезён прошлогодний промысел из Кенайского (По берегу Кенайского залива находится 14 селений и около 3 000 жителей. Они имеют язык, отличный от других. Употребляют обшитые берестой лодки, исключая несколько семейств, живущих у взморья, которые ездят на кожаных байдарках. Хотя все они обращены в христианскую веру, однако, многоженство и шаманство между ними так же обыкновенно, как и на Кадьяке. Съестные припасы у них в гораздо большем изобилии, нежели у кадьякцев. Кроме рыбы, они ловят зверей, а особенно диких баранов, которые водятся там в большом количестве. В этой стране наиболее часто водятся: олени, дикие бараны, медведи обыкновенные и чёрные, соболи, чёрные лисицы, чернобурые, сиводушки и красные, выдры, рыси, кролики, россомахи, горностаи, речные бобры, суслики и белки.
 
     Кенайцы кладут тела умерших в деревянные ящики, а на могилы накидывают каменья, чтобы дикие звери не могли вырывать трупы. В знак печали об умершем, они опаливают себе волосы, вымарывают лицо чёрной краской и надрезают тело в разных местах. Другие их обычаи сходны с обычаями жителей Кадьяка) залива, состоящий из рысей, речных бобров и разных других [175] зверей. Между прочим, было привезено несколько кенайских одежд к других редкостей, часть которых куплена мной.
 
     Приехавший из Кенайского залива промышленник уведомил нас, что его обитатели живут спокойно, но только требуют, чтобы к ним не присылали наших священников. В противном же случае они поручили ему сказать, чго убьют первого, кто только осмелится к ним приехать. К такому раздражению подал повод монах Ювеналий, который в 1796 году, по своему долгу и званию, сильно настаивал, чтобы кенайцы оставили многоженство, и некоторых из них обвенчал по принятому нашей церковью обряду. Кенайцы за такой поступок предали его смерти. Мы также получили известие из компанейской фактории Нучки, что её управляющий послал было на так называемую Медную реку одного человека, чтобы открыть там торговлю, но тот на пути был убит. Одному только промышленнику Баженову удалось возвратиться без всякого вреда. Некогда он сделал по берегу Медной реки около 300 вёрст и, конечно, не избежал бы смерти или рабства, ежели бы его не спасла женщина, которую он любил; по возвращении своём на Кадьяк он женился на ней. По словам Баженова, на этой реке находится большое количество самородной меди. Но жители её тщательно скрывают те места, где она попадается большими кусками.
 
     Наше приготовление к походу должно было кончиться в начале июня, если бы мы не принуждены были сделать новый бушприт 139. Это неожиданное обстоятельство задержало корабль «Нева» до 13-го числа.
 
Комментарии
 
     135 Аспидный сланец — сланцеватая горная порода, представляющая собой разновидность глинистого сланца.
 
     136 Алеуты — народ, родственный эскимосам и камчадалам по языку и физическому типу. Живут на Алеутских и Шумагинских островах, а также на западном побережье Аляски до реки Угашик. А. язык принадлежит к эскимосской семье языков. Судя по географическому расположению языков этой семьи, А. язык, как и родственные наречия крайнего северо-востока Азии, занесён из Америки.
 
     137 Действующие вулканы — характерная особенность Алеутских островов. Помимо извержений на суше, вулканические излияния в этом районе происходят и на дне моря. На это указывает образование в Алеутском архипелаге новых вулканических островов. В 1796 г. из воды поднялся вулкан Иоанн Богослов. В 1881 г. появился новый вулканический остров — Гревинк. Появление подобных же вулканических островов возможно и среди архипелага, описанного Лисянским у северо-западных берегов Америки.
 
     138 Повидимому, Лисянский имеет в виду графит.
 
     139 Бушприт — горизонтальная или наклонная удлинённая деревянная часть, выдающаяся на носу парусного корабля или шлюпки. Служит для подъёма носовых парусов (кливеров) и частично для укрепления фок-мачты. При помощи бушприта производится отнесение центра тяжести парусности от центра тяжести корабля. На больших судах бушприт делается составным. Продолжением его является утлегарь, связанная с ним деревянная часть.
 
Источник: Ю. Ф. Лисянский. Путешествие вокруг света на корабле "Нева" в 1803-1806 годах. М. ОГИЗ. 1947




Источник: http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Reisen/XIX/1800-1820/Lisjanskij/text21.phtml?id=5123
Категория: Лисянский Ю. Ф. Путешествие вокруг света на корабле "Нева" в 1803-1806 годах | Добавил: alex (15.05.2013)
Просмотров: 127 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz