РУССКИЕ НА ВОСТОЧНОМ ОКЕАНЕ: кругосветные и полукругосветные плавания россиян
Каталог статей
Меню сайта

Категории раздела

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Друзья сайта

Приветствую Вас, Гость · RSS 21.11.2017, 18:34

Главная » Статьи » 1825-1827 "Кроткий" Врангель Ф.П. » Врангель Ф.П. Отрывки из дневниковых записок о плавании на траспорте "Кроткий"

Дневные записки о плавании военного транспорта Кроткого в 1825, 1826 и 1827 годах, под командою капитан-лейтенанта Врангеля. Ч.6

Дневные записки о плавании военного транспорта Кроткого в 1825, 1826 и 1827 годах, под командою капитан лейтенанта (что ныне капитан 2-го ранга) Врангеля 1-го. Отрывки из рукописи. Часть 6.


Пребывание на Сандвичевых островах.

 

Ночью, при нашествии черных туч, изменялся ветер от SO-O до NO-O, стихая, и опять возобнавляясь порывами: прямое расстояние наше от острова Овайги были тогда не менее 240 миль.

В 6¼ часа по полудни усмотрели высокость острова Мови на SW 65°, в расстоянии 52 миль от нас; ветер дул брамсельный ровный от NO при светло-облачном небе. До темноты мы держали прямо на берег, дабы вернее определить наше место; а в 7 часу легли на W-N в параллель к направлению островов Мови и Моротая.

Ночью ветер часто изменялся между ONO и OSO, шел небольшой дождь и падали метеоры в SW части неба. В 5½ часа утра открылись восточная и западная части острова Мови; но как низменный перешеек, их соединяющий, не был виден: то западную часть острова я принял было за Ранай, и не прежде был выведен мз сего заблуждения, как при открытии Моротая и действительного острова Раная, показавшихся нам в 10 часов, когда от NW оконечности Мови находились на NО 45° в 15 милях. По взятым пеленгам оказалось, что от 6 часов вчерашнего вечера до 10 часов сего утра течением отнесло нас на 17 миль к востоку. В полдень, нахо­дясь в обсервованной широте 21°11'18'', долгота наша по пеленгам, по карте Ванкувера была 156°54', средняя из 3 хронометров 156°54', а по корабельному счислению 160° 42'.

Мы, продолжая плыть к западу дер­жались от 4 до 7 миль от берегов Моротая, и в 6 часов вечера прошли траверз западного мыса сего острова. В сие время берега облеклись в черные тучи, и ветер стал дуть весьма свежо от NO; ночью же до того усилился, что дол­жны были зарифить марсели. Дождь шел беспрерывно.

На ночь я взял курс WSW, идя проливом между Моротаем и Уагу, и дер­жась в 7 милях от сего последнего; а когда мелькнул берег на севере, то по­читая себя против юго-восточного мыса, и опасаясь упасть много под ветер, велел я лечь в дрейф и до рассвета держаться попеременно  на обоих галсах. В 5½ часов утра открылась сквозь пас­мурности S оконечность Уагу на NО 41°, тогда легли на N-W в бейдевинд, поставив всевозможные паруса. Теперь оказалось, что ночью мы были подвержены весьма сильному попутному нам течению, и что в темноте, вероятно юго-восточного мыса вовсе не видали, и признав за оный южный мыс, упали столько под веетр, что не иначе как лавировкою дол­жны были достигнуть якорного места, отстоявшего от нас в 7 милях на NO-N. При облачной погоде, дул ветер от NO сильными порывами, и часто вдруг штилело, — что весьма затруд­няло лавировку; однако ж, не взирая на это, в 4 часа по полудни пришли мы на рейд, пред входом в гавань Гоноруру, и приехавший к нам Королевский Лоцман, родом англичанин, поставил нас на якорь в ½ мили от рифа, имея среди­ну селения на NW 5°, глубина 25 сажен, грунт мелкий бело-сероватый песок с ракушками; каната цепного вытравили 68 сажен. На сем месте мы стояли спо­койно, хотя в первые два дня ветер дул жестокими порывами.

В путешествиях капитанов В. М. Головнина  и Коцебу, найти можно все нужные наставления для прихода кораблей на рейд и для входа в самую гавань Гоноруру, которая лежит в милях к западу от селения Вайтити, в 3½ к NW от южного мыса, и в 13 милях к востоку от юго-западного мыса остро­ва Уагу, и следовательно по карте Ван­кувера находится сия гавань в долготе 157°51'40'' W от Гринвича; по нашим наблюдениям широта пристани 21° 18' 23''N.

Одною из причин, побудивших ме­ня зайти к сим островам, было желание поверить ходы наших хронометров, кои по отплытии из Камчатки, не были поверяемы; другая не менее важная надоб­ность состояла в том, что бы запас­тись свежими для команды провизиями: ибо запас наш столько истощился, что и за офицерским столом подавали солони­ну и горох. Для удобнейшего сношения с берегом, я имел намерение войти в самую гавань; но поелику это не иначе возможно, как при совершенном безветрии, настающем обыкновенно на утренней заре, а мы по несчастию, в следующие два утра не имели оного: то я и ре­шился уже окончить наши надобности, стоя на рейде и пользуясь услужливостью Соединенных  Американских Штатов, Капитана Джонеса, военного 24 пушечного корвета Павлин (Peacock) который стоял здйсь уже месяца и имея 180 человек команды, велел на своих судах во­зить к нам пресную воду. Хронометры были на другой день отвезены на берег, в дом одного купца, где штурман Козьмин во все время нашего пребывания делал наблюдения, нужные для их поверки.

Рано утром королевский лоцман привез к нам одну свинью, несколько зе­лени и плодов, в подарок от короля; а в 10 часов поехал я с некоторыми из наших офицеров на берег. В гава­ни стояло около 25 купеческих судов (одно английское китоловное, а прочие все под флагами Соединенных Штатов) и военный корвет о 24 каронадах 32 фунтового калибра, под флагом Соединен­ных Штатов Северной Америки. В самом селении удивило нас немалое число домов, построенных в Европейском вкусе в два этажа, и опрятная наруж­ность жителей, толпившихся около нас с видом особенного удовольствия, и одетых в ткани, а многие по европейски: действительно ни теперь, ни после, не заметил я совершенно обнаженного че­ловека, ниже тех смешных полуодеяний, которые в бытность мою здесь на шлюпе «Камчатка» в 1818 году так часто нас забавляли. В сопровождении лоцма­на пошли мы к королю живущему в ½ версте от пристани. Дом его, по здешнему обычаю, уподобляется огромному са­раю; оный окружен простым палисадом. В воротах встретил меня управляю­щей губернатор острова Уагу, именем Буке, по- европейски одетый в куртке; он представил меня королю Тамеамеа III, младшему сыну известного Тамеамеа I-го, мальчику лет 12; потом пошли мы между двух рядов около 150 человек исправно одетой рати, которая по коман­де сделала нам на караул по своему. В сарае расселись мы на стульях вокруг большого стола, покрытого синим сукном; Король один занимал дальнюю сторону стола; он был одет в платье английского мичмана и во все время на­шей аудиенции не произнес ни одного сло­ва, а разговор вел помянутый Буке, род­ной брат известного Питта, за болезнию которого он управляет государ­ственными делами. Отблагодарив его и короля за присланный сего дня подарок и получив позволение дополнить наши припасы покупкою у его подданных, хотели мы откланяться; но Буке велел подать вино в графинах и рюмки, предложил выпить за здоровье Короля Тамеамеа III, что мы с большим удовольствием и исполнили. Потом губернатор Буке повел нас к своему родному брату, через три дома отсюда живу­щему. Он сидйл на софе, в рубахе, курил сигару и на столике перед ним стоял графин с мадерою; два сандвичанина терли его ноги руками. Г. Питт более года страждет водяною болезнию, изме­нившею даже черты его лица; я с трудом мог найти остатки прежнего Питта. Наш врач, доктор Кибер, по желанию больного, вошел в подробности о его жестокой болезни, между тем как я скоро откланялся, чтобы повидаться с г. Джонесом, капитаном американ­ского корвета «Peacock».

Корвет «Peacock» уже два года в здешних водах: его назначение состоит в охранении купеческих судов Соединенных Штатов от грабительства, бы­вающего нередко по берегам южной Аме­рики. Осмотрев весь берег от Вальпарейзо до Акапулко, направил капитан Джонес плавание свое через Вашингтоновы острова   и гряду Низменных островов к Отаити, а оттуда к Сандвичевым островам, как кажется в наме­рении   определить  степень   зависимости помянутых островов от Англии и от Американских Штатов: на каковой предмет находится здесь английский консул, морской капитан Чарльтон (М. Charl­ton), бывший также  и на Отаити, и с которым  я имел удовольствие познако­мишься у капитана Джонеса. Гавань Гонорура. сделалась ныне для американской торговли столь важною, что правитель­ство  Соединенных Штатов находит нужным обеспечить купечеству своему  право на независимую от Англии к сим островам доступность. Г. Джонес рассказывал, что в Отаити всеобщее возмущение: две партии — короля и короле­вы, враждуют между собою, и острови­тяне, воспользовавшись беспорядками междоусобия, ограбили английское китолов­ное судно, не умертвив однако ж ни од­ного человека.   Назидательное учение ан­глийских миссионеров пускает здесь не прочные корни,

Известно, что cпaceние душ на Сандвичевых островах взяли на себя миссионеры из Северных Американских Штатов. Нельзя  отрицать благодетельного влияния сих пастырей на нравственность островитян с одной стороны; но врож­денное всем людям властолюбие не оста­вило и сих учителей кротости отвлечь от истинной цели учения. Капитан Джонес, сведав о честолюбивых за­мыслах миссионеров, считает нужным отослать начальника миссии в Америку и именем своего правительства ограни­чить круг действия прочих сочленов оной.

В  распутстве  упрекать можно здесь  только  нижний  класс женщин, и миссионеры успели вселить в них понятие о достоинстве целомудрия: одна преклонных лет, но знатного происхождения дама, забыв давно протекшее время сво­ей игривой молодости, печется ныне с неутомимою бдительностью о сохранении чистоты нравов молодых женщин ос­трова; сия строгая Весталка не позво­ляет молодым выходить на улицы и тре­бует, чтобы дома надеты были на них длинные рубахи, закрывающая грудь и шею, или чтобы они окутывались в свои тка­ни. Знатность ее происхождения дает ей полную власть на воспрещения всякого рода.

Воровства мы не заметили, и от живущих здесь европейцев слышали, что островитяне почти вовсе отстали от сего порока: чему конечно причиною более частые сношения с европейцами, чем кратковременное здесь пребывание миссионеров. Я даже думаю, что остро­витяне превзошли находящихся здесь купцов, в соблюдении правил честности. Истуканы на мораях более не существуют; вместо их воздвигаются цер­кви и училища. Полезность сих последних, признанная советниками короля, убедила его в терпимости первых; но говорят, здесь вообще мало усердных христиан. Народные школы весьма при­лежно посещаются: в Гоноруре учрежде­но, чтобы все семейства по очереди при­ходили в школу, где стар и млад, жен­щины и мужчины обучаются чтению и письму по наставлению испытанных миссионерами учителей обоего пола. Король весьма порядочно пишет, читает и да­же упражняется в изучении первых начал арифметики и английского языка. Повеления его рассылаются теперь уже письменные и за государственною пе­чатью. Упомянув о переменах и новизнах, введенных миссионерами, я кстати заме­чу здесь и о других изменениях. Ныне не Овайга, но Уагу почитается главным островом всей группы, а гавань Гонорура, служа единственным пристанищем для купеческих судов, сделалась резиденциею самого короля и средоточием главной власти. Меня уверяли, что королевского войска считается по всем островам до 10000 и что 1½ тысячи находится на острове Уагу, в разных селениях и по батареям, расположенным на возвышенностях, окружающих гавань и селение Гонорура; а телохрани­тели Его Величества, числом до 200 человек, занимают посты вокруг его до­ма, и ночью всегда с заряженными ружья­ми. Мундир лейб-гвардии Тамеамеа III-го таков: из белого холста брюки и курт­ка с красным воротником и обшлагами, черный галстук, из под которого дол­жна быть видна чистая рубаха, округлен­ный кивер из твердой черной кожи с белым прямым перяным султаном и красною верхушкою; патронташ через левое плечо, ружье в руке. Солдаты ро­слы, хорошо сложены и гораздо виднее бразильских   полков,  в Pиo  Жанейро. Содержание солдата состоит в пропитании и в одежде: определенного жало­ванья он никакого не получает, но избавен от всяких повинностей и даже не употребляется на казенные работы, не прямо со званием ратника сопряженные. Морская сила заключается ныне в 5 бригах и 10 палубных ботах, коих плавание ограничивается между островами; а бриги ходят в Калифорнию, на Отаити и в другие места, за промыслом земноводных животных, коих жир высоко ценится в кантонской торговли. Ко­мандирами сих судов англичане или американцы, а команды состоят из природных островитян.


Источник: Северный архив 1828г., ч. 36, стр. 42-106


1   2   3   4   5   6   7



Источник: http://russvostok.ucoz.ru/
Категория: Врангель Ф.П. Отрывки из дневниковых записок о плавании на траспорте "Кроткий" | Добавил: alex (16.01.2014)
Просмотров: 132 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Copyright MyCorp © 2017
Сделать бесплатный сайт с uCoz